Молитва и память. Как на Меловой горе в Белгороде появилось монастырское подворье

Фото: www.belpressa.ru

В областном центре продолжается строительство храма в честь Всемилостивого Спаса. В мае на Меловой горе установили 30-метровый флагшток. Построена почти километровая асфальтированная дорога. Идёт благоустройство территории. И в последнее время это место стало привлекать ещё больше горожан. Многие из них, поднимаясь сюда впервые, узнают, что уже более двух десятилетий на горе стоит ещё один храм – Святой Троицы.

Инициатором строительства Свято-Троицкого храма стал уроженец Белгорода Геннадий Шманёв , который позже переехал в Московскую область. Он обратился за советом к известным духовникам Троице-Сергиевой Лавры архимандритам Кириллу (Павлову) и  Герману (Чеснокову). Они это решение одобрили. И тогда Геннадий Викторович получил благословение на строительство у главы Курско-Белгородской епархии архиепископа Ювеналия.

В 1993 году зарегистрировали приход, а в 1995-м освятили закладной камень будущего храма.

«Здешняя территория тогда имела совсем другой вид – там, где дорога идёт на Зелёную Поляну, было урочище, заросшее лесом. Проход сюда был только через улицу Индустриальную по грунтовой дороге. Весной тут всё подтапливало. Тем не менее собрался приход, стали приезжать люди из города. Добирались кто как мог – и на тракторе, и на телеге», – рассказывает настоятель храма Святой Троицы иеромонах Серафим (Богров).

Батюшка показывает снимок 1997 года , на котором он, ещё будучи работником администрации, а не священником, размечает территорию под строительство будущей церкви. Тогда отец Серафим и предположить не мог, что через годы вернётся сюда настоятелем.

Монашество он принял в  50 лет . После этого жил в Свято-Троицком Холковском монастыре, а позже его перевели сюда. По решению митрополита Белгородского и Старооскольского Иоанна на Меловой горе со временем организовали подворье Холковского монастыря.

«А какой же монастырь без хозяйства? Ведь надо трудиться. Поэтому сейчас здесь, в доме, живут трудники, ухаживают за хозяйством. Мы решили немножко украсить территорию и поселили ещё и райских птиц, – улыбается отец Серафим, показывая павлинов. – Детки приезжают сюда с родителями, им интересно и радостно на всё это посмотреть».

Возле монастырского огорода разместились ульи, по дороге важно прохаживается гусь, а минуту назад здесь прошагали коровы. Попадая на подворье, словно оказываешься в другой реальности, где жизнь течёт умиротворённо и размеренно.

Отец Серафим вспоминает, как когда‑то известный старец Ипполит (Халин), к которому он время от времени приезжал в Рыльский монастырь, задал ему вопрос: « Не хочешь ли ты быть священником? ». Об этом пути тогда помыслов не было. Но отец Ипполит многозначительно заметил: « Ну ничего, всему своё время ». Так и вышло.

В служении пригодился и многолетний опыт общения с людьми в разных ситуациях, и профессиональные строительные знания – сейчас есть возможность грамотно контролировать возведение нового храма.

На вопрос о том, отличается ли жизнь в монастыре от служения на обычном городском приходе, отец Серафим отвечает, что и там, и там есть свои искушения.

«Однако один святой подвижник в своих трудах писал, что монах – это не тот, кто живёт в монастыре, а тот, кто делает дела монашеские. А что такое монашеские дела? Это оставление всего мирского, плотского, телесный труд с молитвой и непрестанное памятование в сердце о Боге. Всё это, конечно, проще делать в монастыре – его атмосфера даёт другое настроение духа. Там свой устав, там община. Но стремиться к духовному совершенствованию можно и в миру», – замечает батюшка.

Стены храма украшают росписи, сделанные московским художником. На них изображён Страшный суд. Свято-Троицкая церковь сама по себе небольшая. В праздники она наполняется прихожанами, но в будние дни немноголюдно: чтобы добраться сюда, нужно иметь личный транспорт или преодолеть приличное расстояние пешком.

«Но ведь и полезно нам, православным людям, потрудиться, пройтись», – замечает отец Серафим. 

Он показывает икону Казанской Божией Матери. Она попала сюда из Холковского монастыря.

«Когда я ещё служил там, после частых молебнов икона начала отслаиваться. Оказалось, что старое изображение закрыли холстом и на нём написали новое. Я предложил посмотреть, остался ли под ним прежний образ. Мы сняли верхний слой и увидели древнюю икону», – рассказывает отец Серафим.

По местному преданию, икона Казанской Божией Матери была обретена на монашеском поле в колодце. Произошло это в XVIII веке. После этого святыня находилась в Покровском храме Холок до тех пор, пока он не был разрушен. Местные жители хранили икону и в течение XX века передавали её из дома в дом. В 1999 году святой лик вернули открывшемуся монастырю. Но святыню признали непригодной к реставрации и наложили поверх новый холст с изображением Богородицы.

Однако 10 лет спустя икону всё‑таки отреставрировал выпускник Харьковской художественной академии Богдан Коркишко , и она заняла законное место в обители. А покрывавший её до этого новый образ отправился в Белгород.

В своё время отец Серафим нашёл в Холковском монастыре и Корсунскую икону Божией Матери, которая теперь украшает белгородский храм. В этом тоже читается знак Царицы Небесной, ведь сейчас с этим образом ходят к часовне с источником в честь Корсунской иконы Божией Матери в Монастырском лесу – она тоже относится к приходу храма Святой Троицы.

Иеромонах Серафим (Богров) не только настоятель храма, но и епархиальный древлехранитель.

«Древлехранитель – это помощник правящего архиерея, который наблюдает за тем, что происходит со святынями – храмами и движимыми памятниками древности. В 2010 году был образован патриарший совет по культуре, который сейчас возглавляет митрополит Тихон (Шевкунов). Во взаимодействии с министерством культуры, музеями и госорганами на сегодняшний день создан реестр недвижимых памятников и объектов культурного наследия», – объясняет батюшка.

Теперь стоит задача создать подобный реестр древних икон и других движимых святынь. Все они будут учтены, описаны по музейной методике, сфотографированы и занесены в специальный каталог.

Известен отец Серафим и как автор песни о Белгороде, которая вышла к 80-летию освобождения города от фашистских захватчиков.

«Песню написал давно – сам придумал стихи и мелодию. Через годы я вспомнил о ней. Аранжировку сделал мой друг, с которым мы вместе учились в БГТУ им. В. Г. Шухова. Он потом стал музыкантом, окончил академию имени Гнесиных, 30 лет проработал в «Фонографе». Исполнила композицию певица Светлана Артемьева. А в 2023 году сделали клип», – рассказывает настоятель.

В том же 2023 году вышел в свет сборник «Начало великого победоносного марша», автором-составителем которого стал отец Серафим. Идея собрать воедино материалы об освобождении Белгорода родилась у него давно.

«Когда я начал интересоваться историей, оказалось, что после освобождения нашего города об этих событиях не выходило никаких обобщающих книг. Были отдельные статьи. В Государственном архиве Белгородской области я нашёл очерк «Батальон Громова». Ещё попалась брошюра «Боевой путь 89-й стрелковой гвардейской дивизии», и в ней одна статья – «Бой за Белгород». Начал искать в других источниках – нашлись воспоминания начальника штаба 89-й стрелковой дивизии и других участников боевых действий. Мы собрали материалы в одну книгу, добавили архивные документы, акт о злодеяниях немецких войск во время оккупации, фотографии…» – перечисляет священнослужитель.

По его словам, точное число воинов, погибших при освобождении Белгорода, неизвестно, но документы говорят о том, что во время операции «Полководец Румянцев», продолжавшейся с 3 по 23 августа 1943 года, среднесуточные людские потери составляли более 12 тысяч человек. В честь воинов-освободителей на горе сейчас стоит памятный крест.

«Конечно, без Бога победы не бывает. Освобождение Белгорода произошло в день Почаевской иконы Божией Матери, а окраины освобождали 6 августа – в день памяти святых Бориса и Глеба. Ещё 5 августа празднуется память иконы Божией Матери «Всех скорбящих Радость». С 2001 года это и день прославления святого праведного воина Фёдора Ушакова», – отмечает отец Серафим.

Несколько лет назад зародилась мысль построить храм в честь воинов-освободителей.

Владыка Иоанн благословил строительство церкви Всемилостивого Спаса. Праздник этот установили на Руси в 1164 году. В одно и то же время князь Андрей Боголюбский боролся с волжскими булгарами, а византийский царь Мануил с сарацинами. Русское воинство увидело чудесное знамение – лучи, исходящие от иконы Божией Матери с Младенцем Христом. А царь Мануил стал свидетелем подобного чуда – лучи исходили от Честного Креста и иконы Богородицы. Оба одержали победу и договорились праздновать 1 августа Всемилостивый Спас (по новому стилю он выпадает на 14 августа).

«Мы строим храм Победы», – отмечал владыка Иоанн. 

Возведение церкви ведётся на пожертвования. К строительству решили не привлекать крупных бизнесменов и государственных деятелей. И сказать, когда завершатся работы, сейчас сложно.

«Всё идёт своим чередом, – замечает отец Серафим. – Вот уже и дорога к новому храму появилась».

Он вырос буквально на глазах. Уже водрузили крест. А необычная форма купола символизирует шлем воина и отсылает к победоносной истории нашей страны. Новая церковь станет не только местом молитвы, но и духовным памятником освободителям Белгорода. 

Анна Черкашина